| Sasha Pale ( @ 2009-03-03 01:44:00 |
или
Очень хорошо помню один мой детский кошмар: когда мама и папа приходили сказать спокойной ночи, прощались, уходили, я представлял, как в другой комнате они снимают лица, и там, под кожей, губами, глазами, - щупальца. Или присоски. Или вообще.
Это сквозной, как оказалось, кошмар. Теперь я вместо щупалец представляю разные другие вещи. И уже не у родителей - годы не те. Мне иногда по вечерам страшно одиноко, и как будто нет друзей. Еще бывает хочется выбежать из машины, когда за рулем друг, и все остальные пассажиры - друзья. Потому что нам не объясниться никак: мешают присоски. Или другое.
Самое страшное при этом впереди. Выбежать из машины: там поля, леса, снег, белым бело. Пять минут, коленки, дышу уже тяжело, ведь зима. Где-нибудь в тишине, когда вокруг только деревья, сорвать с лица кожу - найти там такие же жуткие щупальца. Или присоски.
Очень хорошо помню один мой детский кошмар: когда мама и папа приходили сказать спокойной ночи, прощались, уходили, я представлял, как в другой комнате они снимают лица, и там, под кожей, губами, глазами, - щупальца. Или присоски. Или вообще.
Это сквозной, как оказалось, кошмар. Теперь я вместо щупалец представляю разные другие вещи. И уже не у родителей - годы не те. Мне иногда по вечерам страшно одиноко, и как будто нет друзей. Еще бывает хочется выбежать из машины, когда за рулем друг, и все остальные пассажиры - друзья. Потому что нам не объясниться никак: мешают присоски. Или другое.
Самое страшное при этом впереди. Выбежать из машины: там поля, леса, снег, белым бело. Пять минут, коленки, дышу уже тяжело, ведь зима. Где-нибудь в тишине, когда вокруг только деревья, сорвать с лица кожу - найти там такие же жуткие щупальца. Или присоски.